В оккупации у немцев

В годы Великой Отечественной войны невыносимо трудно было всем- и старым , и малым , и солдатам, и их близким. Но особенно страдали дети. Страдали от голода и холода, от невозможности вернуться в детство,от кромешного ада бомбежек и страшной тишины сиротства...

Анатолий Прокопьевич Пальчик шестьдесят восемь лет прожил в нашем селе Мордовский Шмалак, но родился он в 1938 году в селе Решетиловка Решетиловского района Палтавской области Украины. Зимой 1941 года попал под немецкую оккупацию. Будучи мальчишкой, он кое-что запомнил из того времени. А я его рассказ записал.И вот, что он рассказал.

Мой отец ,Прокопий Анатольевич Пальчик, в 1940 году призван на военную переподготовку в село Прокопиловка, что находилось в трех километрах от нашего села. Я же остался жить с мамой Варварой Ивановной и старшей сестрой Тамарой, 1937 года рождения. В 1942 году родилась младшая сестра Нина. Село наше тогда было небольшое, помню и улицу Цыбульку, где стоял наш дом. Около села боев было мало, но запомнилось, что однажды бегал около хаты и увидел целые тучи бабочек, которые летели в одну сторону, потом бежали звери дикие и летели птицы. Я еще не понимал, что это все из-за боев, которые шли под Киевом.

Ближе к зиме в наш дом поселились два солдата- оккупанта. Это не были немцы, а румын и испанец. Жили с ними без голода, без холода. Еда была, уголь привозили из Донбасса. Однажды на улице было очень холодно, наши постояльцы-солдаты решили загнать лошадь в сени. Стали ее загонять , а я ее в санях обратно гоню, лошадь ни туда, ни сюда, застряла. Когда солдаты поняли, в чем дело, очень рассердились, румын схватился за пистолет и на меня, мать бросилась ему в ноги, схватила за руку, и пистолет выстрелил в пол. После этого мать ходила к немецкому коменданту, постояльцы съехали с нашего дома, и больше мы их не видели. Но после этого жить нам пришлось трудно: кушать нечего, угля не стало. Рядом было болото, ходили туда, набирали камыш и набивали камышом комнаты, топили им же,но камыш тепла много не давал.Как то мать ушла на работу и нас позабыла закрыть, мы с Тамарой замерзли под камышом и вышли на улицу.Летели самолеты , беспорядочно стреляли. Ного босые, на улице снег лежит, идешь по снегу и за нами следы остаются от ног.

Однажды по улице танк шел и налетел на угол нашего дома, развернулся и встал. Вышли из танка люди, зашли в хату и сели вдоль стены, а напротив мы сидим, втроем: я, Тамара и Нину держим между собой. Разговаривали салдаты на непонятном для нас языке. один из них вытащил хлеб, разрезал его на куски и намазал их маслом. А мы уставились на них, голодные. Солдат дал нам по кусочку, вкусно. Когда потеплело в село вошли немцы, мы прятались в немецком дзоте. Когда вышли из него, то увидели , что хата моей двоюродной сестры сгорела, дом дяди тоже сожгли , сам дядя разбирал оставшиеся поленья от дома, но наш дом был еще цел, Около нашего дома стояли немецкие солдаты, увидев нас подошли к матери, ткнули автоматом в грудь со словами : "Партизанен!?"- мать покачала головой: "Нет!", и они переговорили между собой, взяли две палочки, помешали жар и бросили на камышовую крышу нашего дома. Дом вспыхнул как порох. Немцы уехали . Мать кинулась в дом, успела вытащить две подушки и матрац.Кинулась другой раз, но ее не пустили другие женщины. Дом сгорел полностью. Потом мы ютились у дедушки, он помог нам построить халупу-домик.

Отец мой был ранен в 1941 году в ногу под городом Могилевом. Его отправили на лечение в город Мары, в Среднюю Азию. Там он познакомился с моей мачехой Екатериной Ивановной Антоновой, которая работала на железной дороге. Через шесть месяцев отца выписали из больницы, врачи сказали : "Лечись дома!"А где дом? В оккупации у немцев. Ехать ему было некуда. И он согласился уехать в село Мордовский Шмалак к родителям ЕкатериныДо 1944 года отец проработал в местном  колхозе конюхом.А в конце года ему пришла вторичная повестка: на фронт. В городе Пензе дислоцировалась вторая польская армия, мой отец стал связистом у союзников. Вместе с поляками брал Варшаву, Бреслау(Вроцлав), закончил войну в 8 километрах от Берлина. Демобилизовался в 1946 году и вернулся в Мордовский Шмалак. Осенью набрали они с мачехой сухарей и поехали на Украину.Момент встречи с отцом я запомнил хорошо, мне было в ту пору восемь лет. Я сидел возле стола,вскрипнула входная дверь и вошел в шапке-ушанке мужчина. Я же не знал , кто это был, отца я не помнил. Он обратился ко мне: "Ну ,что,Толя, поедешь со мной, я тебе валенки куплю". Я вижу : дяденька добрый, хороший, валенки мне хочет купить, а я , что такое валенки, понятия не имел, угостил меня хлебом с маргарином, поговорили мы с ним , ия согласился: почему бы не поехать?

Так я оказался в селе Мордовский Шмалак и прожил здест всю свою сознательную жизнь. А мои сестры остались на Украине, где продивают и до сих пор. Прошло детство с войной, некогда было играть, учиться. Нужно было помогать матери растить младших детей, помогать ей на трудной колхозной работе. Трудно было всем, и дети не были исключением, потому что на войне детей не бывает.

Дети войны... Все они были родными для фронта. Родина, теряя в смертельной схватке с врагом их отцов, верила в светлое , счастливое будущее своего юного поколения.

Автор- ученик 10 класса Крайнов Алексей

Фотографии:
Поделись с друзьями!

Комментарии


Дети войны... В сердце маленьком горе бездонное.
Сколько испытаний, сколько боли... Спасибо за память.
или Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий.